- Пожалуйста, Елизавета Игнатьевна.

Марина принесла два свертка, большой и поменьше.

- Спасибо, Мариночка. - Дарофеева еще раз окинула взглядом свое отражение в высоком, до потолка, зеркале. Слегка вытертые расклешенные джинсы, белая шелковая блузка, минимум макияжа, и волосы - русые, некрашеные, волной, как на рекламе импортного шампуня.

Женщины поцеловались на прощание. Марина открыла бронированную дверь и выпустила гостью.

Лифт не работал и Елизавете Игнатьевне пришлось спускаться пешком, прижимая одной рукой к боку сумочку, а другой обхватив свертки с обновками.

У входной двери подъезда она остановилась, нащупала в кармане плаща брелок с ключами от машины.

Пока Дарофеева находилась у модельерши, завечерело.

Накрапывал мелкий противный дождь. Порыв холодного ветра заставил Елизавету Игнатьевну поежиться, и она заторопилась к машине.

Морковного цвета "Форд" влажно поблескивал в паре метров от подъезда. На нем контрастно выделялись несколько прилипших тополиных листьев. Один из них прикрывал мигавший в углу ветрового стекла красный светодиод сигнализации.

Стараясь не наступать в лужи, Дарофеева подошла к автомобилю, нажала кнопку не брелке. Сигнализация дважды пискнула, отключаясь. Елизавета Игнатьевна открыла дверцу, закинула свертки на заднее сидение к другим покупкам. Она потянулась к листьям, налипшим на стекло, и тут ее схватили. Грубые руки обхватили ее и сжали, лишая возможности двигаться.

"Воры " - промелькнула догадка.

- Помоги!.. - закричала Дарофеева. Сбоку подскочил еще один налетчик и зажал ей рот рукой в противно пахнущей перчатке. Прикусив от неожиданности язык, Елизавета Игнатьевна застонала. И услышала злобный шепот:

- Рыпаться будешь - бошку прострелю!

Виска коснулся холодный металл. В страхе замерев, она не заметила, что ее отпустили. В шею кольнуло. Стало больно.